Вы находитесь здесь: Главная > Без рубрики > Черняев получил

Черняев получил

Черняев получил из МИДа проект ответа на это письмо. В МИДе его восприняли, как обычную рутину. Но на свежем воздухе у меня голова работала более интенсивно и я сказал Черняеву: «Слушай, Анатолий, мне это все не нравится. Такая рутина! Пишут о переговорах, которые идут, идут и идут. А толку никакого! Женева позади, а ее девальвировали, спустили на тормозах.

Нужен решительный шаг, который бы изменил ситуацию. Ничто не изменит, кроме моей личной встречи с президентом. Только мы можем поломать сложившийся ритуал — с виски, водкой и черной икрой в неограниченных количествах, с прогулками на свежем воздухе. На этих прогулках кто-то что-то кому-то скажет и потом куча пустых, дурных разговоров, мол, вот такая-то фраза имеет ключевое значение. Когда нет ничего, цепляются за каждое слово. Ловля блох. Все это чепуха! Это ширма, за которой скрывается бездеятельность, безответственность и отсутствие всякого прогресса. Если мы согласимся на рутинную встречу, скажут потом: мол, состоялся острый разговор с русскими и т.д.».

Говорю Черняеву: у меня идея немедленно организовать встречу с президентом США. Сразу, не откладывая. Обзвонил ближний круг — Рыжков, Громыко, Лигачев, Шеварднадзе. Все согласны, все поддержали. Я тут же сказал: подготовьте немедленно телеграмму президенту и сразу передайте. На третий день пришел ответ из Белого дома — предложение принимается. Мы написали, что можно встретиться или в Лондоне, или в Париже, или в Рейкьявике. Президент Рейган ответил: в Рейкьявике, на полпути, и он согласен — не откладывая в долгий ящик. Он также написал, что следует в течение трех-четырех дней дать публикацию об этой нашей договоренности. Потому что удержать ее в тайне сложно. И будет хуже, если эта информация станет известной в результате утечки, а не как наше совместное заявления. Так и было сделано.

Какой же был мой замысел в отношении этой встречи? Я думаю, она имела значение и с точки зрения понимания стиля Горбачева, почерка Горбачева, его подхода к таким вещам. Я сказал: мы должны идти на эту встречу без всякого налета пропаганды. Мы должны представить серьезные, реалистические, далеко идущие предложения. И если они будут отвергнуты президентом, тогда придать все это гласности. Показать всем, что за риторикой о приверженности поиску договора о сокращении ядерных вооружений ничего не стоит.

Это все я изложил на Политбюро. Члены Политбюро согласились. Я тогда предложил следующее: и американцы, и мы признаем, что есть паритет. Он не зеркальный, у них — больше самолетов, больше ракет на подводных лодках, у нас — наземных, тяжелых. Но есть сложившаяся стратегическая триада. Я вношу предложение — сократить все три ее элемента на 50 процентов. То есть урезать всю триаду наполовину. Причем мы впервые включаем сюда наши ракеты МБР СС-18, которые больше всего беспокоили американцев. Мы идем на этот шаг.

  • Digg
  • Del.icio.us
  • StumbleUpon
  • Reddit
  • Twitter
  • RSS

Комментарии закрыты.