Вы находитесь здесь: Главная > Личности > Поэтому мой выбор

Поэтому мой выбор

Поэтому мой выбор был именно таким. Отношения развивались на протяжении этого периода. Поначалу нелегко было даже встречу организовать в Женеве. Как трудно мы к ней шли! А потом последовал Рейкьявик. Идя по избранной дороге, мы как-то становились другими. А после Рейкьявика вышли на договоренности по ракетно-ядерному оружию. Правда, уже в Рейкьявике мы так далеко продвинулись, что Маргарет Тэтчер чуть инфаркт не хватил (это, конечно, «метафора»). Она посчитала: как же так, через голову европейцев президент, на которого, как она считала, она имеет сильное влияние, вдруг с Горбачевым обо всем договорился. Она рвала и метала, что появляется какой-то кондоминиум, и европейцы вроде тут не при чем. Нет, мы и там не забывали о своих союзниках. И обсуждали проблему ракет средней дальности. В отношении тактических ядерных вооружений мы полагали, что это надо решить на Венских переговорах и т.д., и т.д. Так что Тэтчер напрасно переживала. И президент США сразу проинформировал своих партнеров, и я на пути из Женевы и Рейкьявика информировал своих союзников.

И все-таки советско-американские отношения — ключевой момент. И конечно, они менялись. Постепенно менялись. Прежде всего менялась атмосфера. Мы начали доверять друг другу. Немаловажное значение имело и то, что американцы со временем убедились: если они со мной о чем-то договариваются, так и будет. Пусть даже если не записано, а был только разговор — быть по тому. Это обстановка доверия, все большей совместимости имела решающее значение. Ведь потом началась совместная работа, например, по Афганистану и вокруг, и мы вышли на приемлемые решения.

Должен сказать, что американцы, сохраняя свою заявленную позицию, действовали конструктивно. Они не стали добиваться того, чтобы превратить Афганистан во Вьетнам для Советского Союза и заставить нас позорно бежать оттуда. И потом: здесь были замешаны и Пакистан, и Индия, и Иран. Речь шла о больших интересах. Да к тому же и одним из условий нормализации отношений между Китаем и Советским Союзом тоже был Афганистан. Так что, крупный вопрос. Он, между прочим, наметил путь к урегулированию конфликтных ситуаций, сыграл в целом конструктивную роль. Занялись Центральной Америкой. Открылись новые возможности. И в Анголе, и Намибии, в других региональных конфликтах. С ростом доверия, с пониманием взаимной ответственности легче было развязывать узлы. И в конце концов, под занавес моей деятельности запустили в Мадриде процесс ближневосточного урегулирования.

Вы спрашиваете, были ли отношения равноправными. Да. Больше того, вначале был момент, когда однажды в самом начале я почувствовал, что президент Рейган стал говорить нечто напоминающее поучение. Я остановил его буквально на второй минуте. Сказал: «Президент, я хочу Вас прервать. Прошу извинить меня. Но хочу сказать несколько слов, чтобы внести полную ясность в нашу дальнейшую работу. Я надеюсь, Вы понимаете, что Вы — не учитель, я — не ученик. И Вы — не прокурор, а я — не обвиняемый. Вы — не судья, а я — не подсудимый. Поэтому: если Вы собираетесь меня поучать, то это неприемлемо. Мы можем вести дела только на равных.

  • Digg
  • Del.icio.us
  • StumbleUpon
  • Reddit
  • Twitter
  • RSS

Комментарии закрыты.