Вы находитесь здесь: Главная > Личности > Жалует

Жалует

Жалует, но того не хватит и на седло — не то чтобы на лошадь. Послужите мне — в золоте ходить будете. Ваше жалованье офицеры съедают… Слушайте, други мои, был я в Египте три года, в Царьграде три года да в третьем месте, не упомню где, два года; все примеры чужестранные узнал; там не так, как у нас. Я знаю, как поступить с господами.

Отпуская казаков, Пугачев приказал выдать старшинам по двадцать, а остальным по двенадцать рублей.

На следующий день после обеда Емельян вошел в палатку Софьи, выставил вон всех «девок», спросил:

— Что ты думаешь обо мне, Дмитриевна?

— Да что думать-то, буде не отопрешься, так я жена твоя, а они дети, — ответила она, указывая на сына и дочерей.

— Что правда, то правда, не отопрусь я от вас. Только слушай, Дмитриевна, что я скажу тебе. Теперь пристали к нам наши казаки донские и хотят мне служить. И коль случатся между ними знакомые, не называй меня Пугачевым; говори, что я знакомый тебе и твоему мужу, которого в суде замучили до смерти за то, что укрывал меня в своем доме.

— Как я стану говорить это, не знаю, право.

— Так и сказывай, что ты жена Пугачева, да не говори, что моя. Ты видишь, что называюсь я ныне государем Петром Федоровичем, и все меня за такового почитают. Смотри же, Дмитриевна, исполняй, что велю, и я тебя не оставлю. А буде не то, не пеняй — своими руками голову срублю!

— Господь с тобой, Емельян, исполню, все, как есть, исполню.

— Не Емельян я, дура! — прохрипел «государь» и спешно вышел.

Что и говорить, очень крут был нравом герой нашей истории. Так

ведь ради счастья народного не щадил никого.

Напрасно нервничал. Донцы готовы были служить императору Петру Федоровичу, но не самозванцу. Не случайно, по-видимому, в разговоре за ужином они избегали называть Пугачева государем и были довольны жалованьем от Екатерины Алексеевны. Похоже, не так глупы были казаки. По пути в Саратов все убежали.

5 августа Пугачев покинул свой лагерь у Петровска и двинулся на Саратов, захолустный городишко Астраханской губернии, в котором никак не могли прийти к согласию три человека: полковник Иван Бошняк, статский советник Михаил Ладыженский.

  • Digg
  • Del.icio.us
  • StumbleUpon
  • Reddit
  • Twitter
  • RSS

Комментарии закрыты.